Когда точно рванет землетрясение в Сан-Франциско и Йокогаме?
Когда точно рванет в Сан-Франциско, Йокогаме, Окленде и т.д. ect? Где можно посмотреть результаты прогноза? – эти и подобные вопросы довольно часто задают мне люди, впервые услышавшие о технологии точного прогноза землетрясений TRON. И это нормально. Не нормально, когда с аналогичным требованием «дайте нам результат» выступают ученые – сейсмологи.
При экспертной оценке рассматриваться будут только те прогнозы, которые поступили в КФ РЭС в реальном времени ДО прогнозируемого события. Дата подачи прогноза определяется датой создания письма, содержащего Ваше Заключение.
Совет по прогнозу землетрясений Камчатского филиала Геофизической службы РАН
Вы понимаете, о чем говорят эти люди, называющие себя экспертами? Дайте нам прогноз, а мы посмотрим, сработал он или нет. И я спрашиваю себя, за что они получают зарплату? В чем и где тут их великая экспертность? Получить заранее прогноз и посмотреть, случилось прогнозированное событие или нет – разве для этого нужно кончать какой-то ВУЗ? Да любой третьеклассник справиться с такой элементарной задачей на наличие причинно-следственных связей. Я, когда обращался к российским ученым, видел эту ситуацию совершенно по-другому, так как смотрел на нее глазами теоретика, который нашел решение задачи, у которой по мнению некоторых ученых вообще нет решения, даже в принципе, в теории.
Детерминистические предсказания отдельных землетрясений с точностью, достаточной для того, чтобы можно было планировать программы эвакуации невозможны в принципе.
Сейсмологическое сообщество США
А я эту задачу решил. Как теоретик. В науке сплошь да рядом существует такие понятие – теория и практика. И чем с более сложными задачами наука сталкивается, тем мощнее и сильнее дифференцирование между этими понятиями. Рассчитать постоянную Планка или бозон Хигса – это одно, проверить эти величины на практике, это совсем другое. Для создания теории нужны мозги, для практической проверки – синхрофазотроны и коллайдеры. Я дал теорию, как можно с точностью до дня, до 10 километров и 2 баллов прогнозировать землетрясение. Для практической проверки этой технологии необходимы ресурсы, которых у меня нет. А у российской академии наук есть. И это ее задача, сказать, что либо Ваша теория неверна, либо теория верна, но у нас нет средств на ее проверку, либо взять и протестировать. А так – дайте нам волшебное яблочко на блюдечко с голубой каемочкой, мы будем на него посмотреть, а потом заявим на весь мир, какие мы тут есть великие русские академики, сделавшие то, что никто не могет – это не наука, это нечто другое.
